Картина Мира

Школа Щетинина. Здесь рождается новая Россия

«Хочется написать книгу о ребенке. Но всякий раз думаю, что еще рано, что еще не готов, чего-то не понимаю. К тому же мало времени. Каждый день приходится писать живую книгу. И все отдавать са-мому процессу. Вот этим реальным де-тям».

М.П. Щетинин, 
академик РАО, 
руководитель Лицея
по формированию личности
детей и подростков х. Текос 



Первое, что меня подвигло на поездку в Те-кос, было то, что по итогам 2001 года академик Михаил Петрович Щетинин признан «Человеком года», наряду с Президентом России В.В. Путиным. Это сразу заинтересовало меня. Что же это за человек такой, которого поставили в один ряд с Президентом? Что в нем такого уж выдающегося? Стал интересоваться, расспрашивать своих знакомых, которые уже побывали в его школе в Текосе. Для меня стало откровением то, что ни один из опрашиваемых мною людей не говорил равнодушно — либо это были хвалебно-восторженные высказывания («Замечательно!», «Великолепно!», «Ново!», «Гениально!»), либо откровенно негативные («Щетинин создал новую секту!», «Дети в его школе перегружены!», «Он эксплуатирует детский труд» и т.д.)

Так в чем же суть этого  явления – Школа М.П. Щетинина, о котором ни один человек рав-нодушно не может говорить? Я попытался это выяснить.
 Стал  искать статьи о методике преподава-ния и воспитания в школе М.П. Щетинина. Но странное дело. Нигде не мог найти аналитического материала, а  газетные статьи, рассказывающие об этой школе, были такие же, как и высказывания людей – кардинальные в своих суждениях. Либо резко — «Да!», либо категорично – «Нет!».
Тогда я решил – «Будь что будет, но я должен поехать в Текос, увидеть все сам и, если Бог позволит, пообщаться с Михаилом Петровичем»,- тем более что ехать недалеко…
Первое, что бросилось в глаза, когда мы приехали в Текос, было здание школы. Невозможно поверить, что всю эту красоту сотворили детские руки. Далеко не каждый архитектор, мастер-строитель смог бы такое создать, а тут – дети…  Сразу повеяло чем-то непонятным и непостижимым, что еще больше заинтересовало и заинтриговало меня. 
Пока я ждал, когда выйдет дежурный-администратор, я наблюдал за всем, что происходило вокруг. Столько красивых и одухотворенных детских лиц я не встречал, пожалуй, за всю свою жизнь. Они как будто светятся изнутри. Мне, совершенно незнакомому человеку, каждый проходящий мимо говорил «Здравствуйте!» И обязательно добрая, открытая улыбка навстречу. Все публикации об этой школе и ее детях, которые мне довелось прочесть, тоже отмечали эту особенность. Светлые, одухотворенные лица, открытые и радостно встречающие все новое, добросер-дечно и жизнерадостно желающие каждому — «Здравствуйте!» 

Мы часто за нашими суетными заботами пробегаем мимо друг друга, порой не замечая, не успевая поздороваться с близкими людьми, не то что с первыми встречными, а  здесь сказать первому встречному, пусть даже незнакомому человеку – «Здравствуйте!» — оказалось нормой. И меня это приятно удивило.

Когда дежурная провела меня на территорию школы, я  увидел что везде группами по 5-7 человек сидят дети с книгами и тетрадями. Что-то пишут, читают, рассказывают друг другу. Не увидел я и той суеты, толкотни и «броунского движения» детей по территории, которое присуще обычной школе. И тишина. Только слышно как шелестят деревья и поют птицы. 
 Я спросил у дежурной: «А где ваши классы, в которых вы занимаетесь?» Она удивленно подняла брови и ответила: «А у нас нет классов. Они нам не нужны» И тогда я понял, что вопросов у меня возникло гораздо больше, чем ответов, которые я хотел получить, побывав здесь.
Когда мы подошли и дежурная представила меня Михаилу Петровичу Щетинину, я увидел перед собой человека, взгляд которого, казалось, как рентген увидел всю мою душу, мои мысли. Но в тоже время это был добрый  и светлый взгляд. Передо мной стоял белый как лунь, но со смеющимися глазами УЧИТЕЛЬ. Именно таким я себе и представлял настоящего УЧИТЕЛЯ. 

Мы сели на лавочку и разговорились.
Прежде всего, меня интересовало, не методика преподавания предметов в его школе. Это отдельный и достаточно серьезный профессиональный разговор в среде педагогов. А вопрос воспитания, причем духовного воспитания. Что является стержнем любой методики в педагогическом процессе.
У Михаила Петровича своя точка зрения на воспитание и свой философский взгляд на вещи.
 «Любовь, истина, воля, род, совесть, честь, жизнь, отец, дитя, чадо, ребенок — ключевые слова моей жизни. 
Ребенок – космическое явление, продукт вселенского труда многих-многих его предков. И относиться к нему надо именно как к космическому явлению. 
Мы различаем понятия — «ребенок», «чадо» и «дитя». Это три ипостаси целостной личности. Ребенок — это смотрящий подробно в каждую деталь жизни. Ребенок очень легко переключается: то на то, то на это. Он подвижный, он с интересом смотрит на все то, что происходит. Вот капля дождя упала — ему это интересно, вот птица запела — ему это интересно, вот кто-то стукнул — он подошел, вот здесь что-то такое зашевелилось — он и туда заглянул. Как нам кажется, он всегда пере-ключается, он не может сосредоточиться. Это ребенок в человеке. 
А есть чадо. Чадо — это когда я утверждаю любовь, весь мир. На древнерус-ском языке «ча» — это любовь безграничная. Она не отягощена заботами. А «ча да» — это дать подтверждение. Я утверждаю «ча», любовь. Или весь целостный мир. Это — «я и мир — одно» — как когда-то сказал Лев Николаевич Толстой. 
А еще есть дитя. У нас русских, дитя — это дедка. Дед и дитя — это как бы одно и тоже. Дед мой и мой сын — это наследники друг от друга. Мой дед — это есть мой сын. Дитя. Дедка. Т.е., мы этим подчеркиваем, что в человеке еще есть третья составляющая для того, чтобы он был человеком в полной мере — это его долг. Это он — как род, проистекающий из века в век. Я же не начинаюсь, скажем, 50 лет назад, я продолжаю путь своего отца, а мой отец — продолжает путь своего отца, а тот отец… Т.е., курица-яйцо, курица — яйцо, курица — яйцо. Сколько лет яйцу? Вопрос некорректный. Потому что течение причин этого яйца уходит далеко вглубь веков. Там может быть бесконечность, там — вечность. Поэтому дитя — это сама вечность. Ребенок — это подробность вечности. А чадо — это весь мир, как целое, где все взаимоувязано в полном взаимосогласии. Эта мысль о человеке, как дитя, которое несет в себе родовую память, лежит в основе всей нашей системы образования, которую мы здесь пытаемся утвердить. Важно смотреть на ребенка, как на чадо и на дитя еще, а не только, как на ребенка.

Наша школа — «Родовая школа». Да. Т.е. мы смотрим на человека, как на род. Он есть род. И когда я смотрю ему в глаза и вижу вечность его, тогда я вижу его самого. Когда же я подчиняю его какой-то своей мысли и не слушаю его вечность, тогда я ему мешаю. Поэтому, очень важно для того, чтобы понять нас, понять, что мы не смотрим на ребенка, как на малое существо, которое ничего еще не понимает. Оно несет в себе память рода».

Если честно, то для меня это было открове-нием. Никогда и нигде еще, ни в одной школе, ни один учитель не высказывал ничего подобного. 
Щетинину удается играть роль творца с естественностью природного явления. Его диктата не замечаешь. Его воля утверждается не дисциплиной, она растворена в атмосфере. Воля — одно из ключевых понятий для Михаила Петро-вича.
На вопрос, что же такое – Воля. Щетинин ответил, что «Воля — это когда я существую одновременно с окружающим меня миром и нахожусь с этим миром в гармонии. Мир вокруг меня и я в нем. И тогда я волен».

«Не может быть давления сверху над человеком. Человек есть ВОЛЯ сама. И поэтому у нас дисциплина идет от внутреннего понимания необходимости делать свою роль в общем деле. Как скажем, музыкант в оркестре, он играет свою мелодию, но согласует ее с мелодией других, чтобы была симфония. Мы, в общем, с этой дисциплиной пришли, это образ нашей жизни. Организованность и воля — они всегда соотносились с понятием необходимости. Ведь воля — это все, воля — это весь простор и воля — это как бы и стержень мой, это моя крепость. У нас это одно понятие у русских. Воля — это как бы такой организованный дух, организованная мысль, направленная мысль — волевой человек. И воля — это простор, это все передо мной раскрывшееся. Т.е., когда я — воля, тогда я есть все, я все вижу и во всем поступаю точно, чтобы всему не повредить.
Знание в нашем понимании — это есть глав-ный смысл человека на земле. Но не знания для того, чтобы запомнить, получить диплом, аттестат зрелости, формально, а знания, чтобы улучшить жизнь. И поэтому, когда я живу, осознавая свою роль, свой смысл, ради чего я среди людей, я хочу понять их. Вот мое познание. Я хочу понять, а как же мне им помочь.
 Возникает вопрос: «Скажите, как ручей мечтаний с рекою вечной соединить? При том ни боли, ни страданий, чтоб никому не причинить?» Я хочу знать, как же мне прожить, как мне построить свой путь, чтобы я помог другим людям в их понимании всех других и в их утверждении себя на земле. В этом есть нескончаемый процесс познания. 
Очень важно тому, кто идет к детям, свой предмет давать так, чтобы он понимал необходимость этого предмета для своей жизни. И если ребенок сидит и какой-то предмет усваивает потому, что так сказали взрослые, а для чего, он не понял, то он не поймет этот предмет. Он будет бунтовать против именно такого отношения к нему. Нам надо думать о том, что мы детям несем, как преподать то, что мы предлагаем, чтобы ребенок принял, чтобы он действовал сейчас, немедленно. Поэтому мы все предметы, которые в школе изучаем, мы изучаем детьми. 
У нас дети преподают предметы. Прежде, чем войти к нам в систему познавательного про-цесса, ребенок сначала осваивает весь курс сред-ней школы по одному какому-то предмету, но с целью передачи. Уже этот предмет ему оказыва-ется необходим, чтобы он среди сверстников своих состоялся, они его приняли. Это как бы его визитная карточка, кто он есть такой. Я — математик, я — физик, я — химик, я — биолог. А дальше, для того, чтобы мне вступить в отношения с детьми, поскольку они мне предлагают другие предметы, я тем самым вынужден и принимать их продукты, их ценности, которые они для меня специально приготовили. 
Но их задача, тех, кто дает свой предмет, сделать все, чтобы с предме-том, которым увлечен их сверстник, они связали свой предмет, т.е. нашли согласие, соединение с тем, что ему близко, что ему дорого. Тогда только создается целостное образовательное пространство, и дети в этом пространстве чувствуют себя уверенно, потому что все оказывается направленным на смысл их собственных устремлений, а не противоречия им. Вот это и есть основа познавательного процесса. Когда он не просто как назидание, сверху спущенный. Мол, так надо, когда вырастешь — поймешь. Нет, так нельзя. 
Вот в это мгновение, в сию секунду, в сию минуту  ребенок должен понимать, для чего он делает это действие. Если он не понимает это, в нем происходит угасание поисковой активности. Поиск истины, поисковая активность — это, кстати, основа развития личности и основа здоровья. 
Образовательное пространство, мы создаем вместе с детьми, с их помощью. Это их мысли, они являются авторами этого образовательного пространства. Поэтому они у нас спокойные. А ведь здесь 400 человек. Если поставить здесь микрофон, тут соседняя школа недалеко, метров за 300 уже будет слышен ор. Они орут. 
Мне кажется, что дети орать не должны, по-скольку они, наоборот, несут с собою согласие. Ребенок кричит от боли, от горечи, когда нарушается что-то, гармония рушится, тогда он начинает кричать. Мы отмечаем это и говорим, что, вот, он не соображает ничего, и начинаем воспитывать, наказывать его. Он еще сильнее кричит. Это кричит он обычно от тоски, от несправедливости, от несоразмерности того, что он внутри себя несет и того, что происходит вокруг него. 
У нас, на самом деле, творя образовательное пространство, занимаясь научной деятельностью, они осуществляют самих себя. Потому что смысл образования — поиск истины, поиск согласия, нахождение основ счастливой жизни, определение, что такое счастье. Мы стараемся, все делать для того, чтобы они искали смысл всюду и его утверждали». 

Никто не станет спорить с тем, что образовательный климат это условие экономического процветания, это экономический фактор. Но сверху приказами и указами этого не сделаешь. Это сделаешь только вовлечением граждан в определение целей и содержания образования. Поэтому содержание образования и цели образования это результат переговоров, договора между образовательным сообществом и местным сообществом и гражданами. Если эти договоры возможны, тогда образовательный уровень будет расти. Ведь образовательный уровень растет не от того, какие отметки у учеников, а от того, какое место образование занимает в сознании граждан. 
Часто можно услышать и по радио и по телевидению, что наш народ, русский народ  за период власти тоталитаризма растерял свою элиту, свой генофонд. Но только здесь в этой школе понимаешь, что это не так.
Знаете, как ответили мне ребята, когда я их спросил —  зачем вы здесь учи-тесь? « Мы хотим служить Родине, России». И это без ложного па-фоса и напыщенности.
Здесь воспитывается новая русская элита, новый тип руководителей с новым мышлением, новым мировоззрением, которому предстоит вывести Россию на новый уровень. Здесь готовят будущих ученых, руководителей предприятий, губернаторов, президентов, но не чиновников, не клерков, а  ДЕЯТЕЛЕЙ. Именно здесь, именно сейчас создается новый человек XXI века.
ЗДЕСЬ  РОЖДАЕТСЯ  НОВАЯ РОССИЯ! 

Источник

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *